Чудо (2022)

Фильм снят по мотивам одноименного романа Эммы Доногью, вдохновленного реальными историями «постящихся святых» XIX века — людей, которые, по свидетельствам окружающих, жили без еды и питья месяцами, что считалось божественным чудом. Действие разворачивается в 1862 году, в Ирландии, которая только начинает восстанавливаться после катастрофического картофельного голода, унесшего жизни миллионов человек. Местное общество охвачено религиозным фанатизмом, каждый необычный случай воспринимается как знамение свыше, а надежда на чудо становится единственной опорой для людей, потерявших близких и имущество. В отдаленное сельское поселение приезжает медсестра Либ Райт, чтобы наблюдать за 11-летней Анной, которая, по словам родителей и священника, уже четыре месяца обходится без еды, но при этом остается активной, не теряет веса и чувствует себя хорошо. Местные жители уверены, что девочка получает пищу от ангелов, а ее родители и духовенство поддерживают эту веру, надеясь, что чудо вернет им утраченное благополучие и укрепит веру общины, ослабленную годами бедствий. Либ, которая сама пережила тяжелую личную трагедию и потеряла маленькую дочь, сначала настроена скептически и считает, что девочку либо обманывают, либо она страдает от редкого заболевания. Но постепенно, проводя дни и ночи рядом с Анной, она замечает странности в поведении ребенка и окружающих ее взрослых, а также сталкивается с тем, что отчаяние заставляет людей закрывать глаза на очевидные вещи и верить в то, что им выгодно. Авторы фильма не дают готовых ответов, оставляя зрителю возможность самому решать, происходит ли в доме семьи О’Доннел настоящее чудо, или за внешней невинностью девочки скрывается куда более прозаичная и мрачная правда. Флоренс Пью создала глубокий, правдоподобный образ Либ, в которой одновременно чувствуются и профессиональная холодность, и скрытая рана, и постепенно пробуждающееся сопереживание к маленькой пациентке. Атмосфера картины передает сырую, промозглую атмосферу ирландской деревни того времени, с постоянным холодом, нищетой и ощущением, что за закрытыми дверями домов скрываются тайны, которые лучше не тревожить.